Пильгуй Элеонора Игоревна, врач дерматовенеролог консультативного отделения
Адрес: Москва, Ломоносовский пр-т, д.2/62, тел.: +7 (495) 967-14-20
Обоснование. Эффективная система организации детской дерматологической помощи в России требует учета особенностей региональной заболеваемости. По данным современной литературы этот вопрос не достаточно разработан. Цель исследования — изучить характер вариабельности заболеваемости болезнями кожи и подкожной клетчатки детей в возрасте 0–14 лет в Российской Федерации. Методы. Используются данные государственной медицинской статистики по 83 субъектам РФ за 2009–2015 гг. Для анализа применяется метод агрегированного риска. Степень вариабельности региональной заболеваемости оценивается по размаху вариации и коэффициенту вариации. Проведены ранжирования регионов по величине ежегодной заболеваемости. Использован коэффициент ранговой корреляции Спирмена для изучения устойчивости принадлежности регионов к определенному ранговому месту. Результаты. В 2009 г. заболеваемость болезнями кожи и подкожной клетчатки детей 0–14 лет в РФ имела выраженную вариабельность: размах вариации — 7,7 раз, коэффициент вариации — 28%. Проведены годичные ранжирования регионов. В 2010–2015 гг. показатели годичной вариабельности оставались высокими. Коэффициенты ранговой корреляции при распределении регионов по заболеваемости находились в диапазоне 0,75–0,94 по сравнению с 2009 г. Выделены квинтили регионов с разными уровнями детской дерматологической заболеваемости. Заключение. Заболеваемость болезнями кожи и подкожной клетчатки детей в возрасте 0–14 лет в субъектах РФ на протяжении 2009–2015 гг. характеризовалась выраженной вариабельностью. Регионы имели устойчивое предпочтение к определенному ранговому месту. Представлено деление субъектов РФ на группы детской дерматологической заболеваемости.
КОНФЛИКТ ИНТЕРЕСОВ
Л.С. Намазова-Баранова — получение исследовательских грантов от фармацевтических компаний Пьер Фабр, Genzyme Europe B. V., ООО «Астра зенека Фармасьютикалз», Gilead / PRA «Фармасьютикал Рисерч Ассошиэйтс СиАйЭс», «Bionorica», Teva Branded Pharmaceutical products R&D, Inc / ООО «ППД Девелопмент (Смоленск)», «Сталлержен С. А.» / «Квинтайлс ГезмбХ» (Австрия).
Остальные авторы подтвердили отсутствие конфликта интересов, о котором необходимо сообщить.
Background. An effective system for management of pediatric dermatological care in Russia requires taking into account the peculiarities of regional morbidity. According to modern literature, this issue is not sufficiently developed. Our aim was to study the characteristics of variability in the incidence of skin and subcutaneous tissue diseases of children aged 0–14 years in the Russian Federation. Methods. The data of the state medical statistics on 83 territorial entities of the Russian Federation for 2009–2015 was used. The analysis implemented the risk aggregation method. The degree of variability in regional morbidity was assessed by the range of variation and the coefficient of variation. Region rankings were carried out by the annual incidence. The Spearman’s rank correlation coefficient was used to study the stability of regions belonging to a certain ranked place. Results. In 2009, the incidence of skin and subcutaneous tissue diseases of children aged 0–14 years in the Russian Federation had a pronounced variability: the range of variation was 7.7 times, the coefficient of variation was 28%. The annual region rankings were carried out. In 2010–2015, the annual variability indices remained high. The coefficients of rank correlation when distributing regions by morbidity were in the range of 0.75–0.94 compared to 2009. Quintiles of regions with different levels of pediatric dermatological morbidity were singled out. Conclusion. The incidence of skin and subcutaneous tissue diseases in children aged 0–14 years in the territorial entities of the Russian Federation during 2009–2015 had a pronounced variability. Regions had a stable preference for a certain ranking place. The division of territorial entities of the Russian Federation into groups of pediatric dermatological morbidity are presented.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.